Брестская область, Брестский район
Екатерина Мухина

Склобка, колода, лазьбень, жень, дымарь — нет, это не ответы в кроссворде и не кусок словаря из учебника по истории, а повседневный инвентарь современного бортника. Да, эта профессия все еще существует в Беларуси, более того, есть целые династии, продолжающие традицию «дикого» пчеловодства. Основная их часть расположена в полесских деревнях, рядом с украинской границей, ведь именно здесь природа сочетает все необходимые для удачного бортничества факторы.

О том, что бортничество являлось традиционным промыслом на наших землях, знает каждый белорус. Впрочем, изначально дикое лакомство добывалось не самым гуманным способом — случайно найденное пчелиное дупло полностью вычищалось и выжигалось. Разумеется, рой при этом погибал в дыму или от голода, а охотники за медом отправлялись искать следующую «жертву». 

К счастью, довольно быстро наши предки сообразили, что не губить пчел, а оставить им продукты для зимовки и на следующий год вновь прийти на то же место гораздо выгоднее, чем неделями рыскать по лесу в поисках очередного заветного дупла. Так сформировался второй этап бортничества — охрана и уход за дикими пчелами. 

a2.jpg

Однажды начав что-то совершенствовать, человек редко может остановиться, поэтому добыча меда со временем претерпела и еще одно изменение. Вместо того, чтобы искать уже обжитые пчелами дупла, люди стали долбить их в деревьях самостоятельно, а пчелам оставалось лишь переселять молодые рои в заботливо подготовленную «квартирку» неподалеку. Подобрать дерево для дупла было непросто — и его высота, и обхват, и возраст строго регламентировались. А еще дерево должно быть живым, иначе пчел не устроит температурный режим в дупле и соседство с другими насекомыми. 

a3.jpg

Число представителей «сладкой» профессии росло, а подходящих деревьев в лесу было мало, и тогда кому-то пришла в голову гениальная мысль о создании первой борти — искусственного улья, подвешенного на дереве. Этот способ добычи меда оставался самым развитым до XVIII-XIX веков, а затем в связи с массовой вырубкой лесов пошел на убыль, сменившись популярным сейчас кассетным пчеловодством. Впрочем, остались у нас в стране и те, кого последний шаг прогресса обошел стороной — настоящие бортники, добывающие лесные сладости по старинке.

В чем же преимущество лесного или дикого меда перед тем, что получают на пасеках? Во-первых, в отсутствии сахара в рационе пчел — бортник не прикармливает их и не добавляет сахар в готовый мед. Во-вторых, в отсутствии «лечения» роя антибиотиками. Иммунитет у диких пчел и так хорош, поэтому в дополнительной заботе они не нуждаются. И наконец, в том, что находятся колоды в лесу, далеко от дорог, производства и населенных пунктов, а потому меньше подвержены влиянию человека.

a4.jpg

Разумеется, сейчас число настоящих бортников далеко от того, что было хотя бы сотню лет назад — на всю Беларусь наберется максимум три десятка семей, однако радует то, что это умение передается из поколения в поколение и не забывается. Труд лесного мастера круглогодичен: зимой он готовит борти и чинит инструмент, летом приглядывает за пчелами и отслеживает новые рои, а осенью, примерно в середине октября, собирает золотой «урожай».

a7.jpg

Изготовить и установить новую борть непросто: сперва нужно найти дерево подходящего обхвата, спилить, высушить, выдолбить в нем дупло и несколько раз натереть изнутри ароматным болотным багульником, отпугивающим других насекомых. Отнести в лес готовую борть в одиночку нелегко — она весит больше сотни килограммов, а ведь ее еще нужно закрепить на высоте 6-8 метров от земли. Считается, что именно на этом уровне пчелам максимально комфортно. Впрочем, это может быть и данью традиции — поднимали борти еще и от медведей, которые сейчас не составляют конкуренции пчеловодам. Кстати, именно по причине отсутствия бурых сладкоежек в белорусских лесах, борти перестали дополнять круглым «столом» или кольями у основания.

a6.jpg

Весной, после пробуждения пчел, каждый уважающий себя бортник обходит свое хозяйство и проверяет как перезимовали его подопечные. Точного числа и расположения бортей не знает никто, кроме их владельца, а потому и заменить его в этом никто не сможет. У крепкого хозяина число жужжащих домиков может доходить до полусотни, начинающему и с пятнадцатью бы управиться. В старину на каждой борти ставился знак владельца, за порчу или воровство чужого улья карали весьма сурово. Сейчас, к сожалению, хищение меда никак не регламентируется законом, и каждый лесной пчеловод с ним неоднократно сталкивался. По мнению самих бортников, самое страшное даже не кража, а порча колоды или загубленный рой.

Осенью, перед первыми заморозками, у бортников начинается самое тяжелое и радостное время — сбор и обработка меда и воска. К каждой борти приходят подготовившись — с собой несут жень (длинная кожаная веревка, с помощью которой залезают на дерево и зависают там надолго), дымарь (устройство для окуривания пчел), нож для обрезки сот, плетеные короба или бидоны для переноски сот с медом и еще одну дань традиции — рушник со свежим белым хлебом. Хлеб выкладывается под деревом и, хотя изначально он должен был отвлекать медведя, теперь это скорее для угощения тех, кто случайно вышел к борти во время сбора меда.

a5.jpg

Перекинув жень через толстый сук, бортник зависает в воздухе как на лифте и начинает собирать добычу. Все соты никогда не забирают — в зависимости от размеров роя оставляют от десяти килограмм и больше. Этого пчелиной семье хватит на безбедную сытую зиму. Принесенный домой «улов» разделяют на мед, соты и воскодавины (остатки сот). Первым угощают друзей и соседей, хранят, торгуют, из второго делают свечи для особых случаев, а третье настаивают с водой в тепле и получают настоящую медовуху. Сбор меда необходимо уложить в короткий отрезок времени, когда рой уже успокоился и не вылетает, но еще не перешел на зимний режим, поэтому в октябре бортники трудятся весь световой день.

В чем же смысл и выгода традиционного бортничества в наши дни? У каждой семьи, отдавшей предпочтение этому делу, своя философия. Кто-то ценит дикий мед за его уникальный состав и лечебные свойства, кто-то продолжает семейную традицию, для кого-то это необычное хобби, а для кого-то — прибавка к основному доходу. Да, лишь прибавка, поскольку сделать этот бизнес сверхприбыльным в современных реалиях не получится. Даже самая большая лесная пчелиная семья собирает не больше 15-17 килограммов меда в год, причем минимум 10 нужно оставить в борти на прокорм самим пчелам. После отжима, обработки и обязательных угощений даже у самого опытного бортника остается не так много ценного вещества, чтобы заработать на нем миллионы.

a1.jpg

Настоящий дикий мед редок, и купить его на рынке практически невозможно. Для того, чтобы получить этот густой, коричневатый продукт, изготовленный без добавок и консервантов, придется отправиться туда, где еще осталось традиционное бортничество. В нашей стране это деревни Глушковичи и Дзержинск Лельчицкого района, деревня Медно, Приборово и Селяхи в Брестском районе, а также ряд деревень на границе с Украиной.


Читайте также:

10 самых необычных профессий Беларуси

Вкусная история. Готовим традиционные белорусские десерты

Властелин топора

Древняя икона и настоящая вышиванка. Самые интересные экспонаты Музея древнебелорусской культуры