Витебская область, Верхнедвинский район
Был старшим сыном брестского воеводы Николая-Тадеуша Лопатинского (1715–1778) и Барбары из рода Коптей (1726–1799). Родился Ян-Никодим 15 сентября 1747 года в имении Сарья (ныне деревня в Верхнедвинском районе Витебской области), владельцем которого всего пятью годами ранее стал его отец.

Учился Ян-Никодим Лопатинский в коллегиумах иезуитов: сначала в Вильно, потом в Варшаве. После окончания наук карьера молодого человека развивалась очень успешно. Уже в 17 лет он стал мстиславским хорунжим, а в 20 – мстиславским старостой. На сеймиках избирался шляхтичами послом от Мстиславского воеводства, был депутатом Главного трибунала Великого княжества Литовского. Женат был дважды. В первый раз – на Елене из рода Огинских, после ее смерти взял в жены Юзефу из того же рода Огинских. От первого брака имел четыре дочери и двух сыновей, от второго – еще двух сыновей и дочь [1].

Николай-Тадеуш Лопатинский в Сарье жил не долго. Вскоре он перенес семейную резиденцию в свое новое приобретение: имение Чуриловичи, которое переименовал в Леонполь (ныне деревня в Миорском районе Витебской области). В 1768–1769 годах Николай-Тадеуш построил в Леонполе дворец в стиле позднего барокко, рядом разбил французский парк на террасах. В новой резиденции Лопатинский поместил большой фамильный архив, собранную им библиотеку из книг, изданных в разное время во многих странах, а также художественную коллекцию.

Бывший дворец Лопатинских в Леонполе. Фото 1930-х гг..jpg

После смерти Николая-Тадеуша владельцем Леонполя стал Ян-Никодим Лопатинский. Новый владелец вдохнул жизнь в хозяйственное развитие имения. Он построил ткацкую мануфактуру, мастерскую по изготовлению ковров и шляп, а также суконную фабрику, производившую 12 сортов тканей. Эти небольшие предприятия, которые особенно славились производством полотна, салфеток и скатертей из знаменитого друйского льна, просуществовали до 1840-х годов, когда были вынуждены закрыться, не выдержав конкуренции с наступающей фабричной промышленностью [2].

Помимо Леонполя Ян-Никодим владел также имениями Лопатин, Малятичи и Шарковщина. Для собственного проживания он избрал Шарковщину (ныне горпоселок, районный центр Витебской области), где построил двухэтажный каменный дворец, каплицу, оранжерею и теплицы. Новая резиденция Лопатинских в Шарковщине стала одной из самых роскошных в Дисненском уезде Минской губернии [3]. Сейчас, к сожалению, от нее сохранилось всего несколько хозяйственных построек.

Почти все Лопатинские отличались интересом к искусству, собирали живопись, графику, скульптуру, произведения декоративно-прикладного искусства. Художественная коллекция в Леонполе включала натюрморты фламандской школы, английские марины, несколько полотен на античные сюжеты и даже четыре картины, приписываемые кисти Питера-Пауля Рубенса [4] (были ли это подлинники, сказать сложно, потому что Рубенса всегда подделывали охотно и много).

Ян-Никодим от остальных родственников отличался тем, что сам лично занялся гравировальным искусством. Выдающегося рисовального таланта у него не было, да и учиться мастерству гравировки в то время на родине было негде (отделение графики в Виленском университете откроется только в 1805 году, незадолго до смерти Яна-Никодима), но тяга к творчеству была так велика, а сама работа приносила такое удовлетворение, что Лопатинский занимался ею охотно, в основном для себя и своего окружения. В общем, был самоучкой – наивным художником рубежа XVIII – XIX веков.

Первые рисунки для типографии братства Св. Духа в Вильно Лопатинский сделал еще в годы учебы в иезуитском коллегиуме [5]. По-видимому, тогда же он освоил и мастерство гравёра, наблюдая за тем, как наносили изображение на медную доску сотрудники типографии.

Казалось бы, гравюры Яна-Никодима не должны были сохраниться до наших дней. Но им повезло. Доски восьми офортов Лопатинского попали в собрание Константина Тышкевича в Логойске, и в 1858 году оттиски с них были опубликованы в книге «Памятники отечественного гравировального искусства», изданной в Вильно за счет самого коллекционера [6].

Ян-Никодим гравировал изображения святых, иллюстрации к учебникам, но более всего его привлекали портреты. Причем, свои эстампы он часто создавал не по графическим или живописным оригиналам, как это принято у профессиональных гравёров, а по собственным рисункам [7].

Ян-Никодим Лопатинский. Потрет жены Юзефы из Огинских и автопортрет. Офорты конца XVIII-начала XIX вв..jpg

Заключенные в овал профильные изображения самого Яна-Никодима и его второй жены Юзефы из Огинских представляют портретируемых в парадных одеждах, проработанных, как и лица, очень детально и с большим старанием. Изображения объединены не только темой, но и стилем исполнения, одинаковой рамкой и похожими подписями. А вот большие банты наверху рам художнику лучше было бы не делать: они выглядят не только как свидетельство его наивности, но и не совсем развитого вкуса.

Ян-Никодим Лопатинский. Потрет Тадеуша Костюшко. Офорт.jpgПортрет Тадеуша Костюшко выполнен уже в более уверенной манере и совершенной технике. Изображения этого легендарного руководителя национального восстания делались тогда повсеместно как профессионалами, так и самоучками, были предметом своеобразной моды среди молодежи. Миниатюрные портреты Костюшко носили в виде медальонов, пристегивали к шейным платкам и головным уборам, помещали на браслетах и табакерках. Не исключено, что этот парадный портрет национального героя со шпагой в руках был сделан Лопатинским по одному из многочисленных живописных или графических оригиналов.

На портрете Костюшко Лопатинский выгравировал место его создания: «в Шарковщине». Аналогичную надпись можно встретить и на некоторых изображениях святых. А в подписях под двумя офортами – с изображением Матери Божией и Иисуса Христа – заключена чуть ли не целая история: «В Шарковщине Лопатинского (старосты), работы для своих крестьян».

Ян-Никодим Лопатинский. Иисус Христос и Матерь Божия. Офорты.jpg

1803 годом датированы два офорта, сделанные Яном-Никодимом в связи с религиозными событиями в крае. Изображение трех мучеников (Fulgentius, Junmdinus, Neofilus) появилось в связи с перенесением их реликвий в каплицу в Шарковщине, изображение Св. Иннокентия – в связи с переносом частицы его тела и «ампулы с кровью» в костел в Дрисвятах.

Ян-Никодим Лопатинский. Три мученика и Св. Иннокентий. Офорты.jpg

Одному из рисунков Яна-Никодима была уготована особая участь. Недалеко от Леонполя, близ границы, проложенной после первого раздела Речи Посполитой и разделившей владения Лопатинских между двумя государствами, на берегу Двины он решил установить высокую колонну, посвященную памяти Конституции 3 мая 1791 года. Цель установки памятника Лопатинский объяснял в своем письме от 22 августа 1791 года: «Задумал я увековечить здесь, на границе Речи Посполитой, перед лицом нашего грозного врага, великое дело Конституции 3 мая, в котором есть и моя, хоть и скромная, частица. С этой целью приказал я выстроить большой столб по моему эскизу на открытом месте, почти над самой Двиной, чтобы он был издалека виден нашим несчастливым братьям за кордоном и укреплял их сердца надеждой» [8].

Колонна в честь Конституции 3 мая 1791 г., сделанная по эскизу Я.-Н. Лопатинского.jpgКолонна в честь Конституции 3 мая, хотя и поврежденная временем, а также артобстрелами Второй мировой войны, стоит и сегодня.

Умер Ян-Никодим 13 октября 1810 года в Шарковщине, где прошли последние годы его жизни. Похоронили Лопатинского в шарковщинском костеле, который в 1776 году он построил на свои средства и пожертвовал храму 8 000 польских злотых [9]. Ни костел, ни могила не сохранились. Но прекрасным памятником Яну-Никодиму Лопатинскому, гражданину и художнику-любителю, является высокая каменная колонна в лесу у Леонполя.

Людмила Хмельницкая

 






[1] Żychliński T. Złota księga szlachty polskiej. Rocznik IV. Poznań, 1882. S. 155–156.

[2] Aftanazy R. Dzieje rezydencji na dawnych kresach Rzeczypospolitej. T. 4. Województwo wileńskie. Wrocław-Warszawa-Kraków, 1993. S. 183.

[3] Słownik geograficzny Królewstwa Polskiego i innych krajów słowiańskich. T. XI. Warszawa, 1890. S. 798.

[4] Hedemann O. Historia powiatu brasławskiego. Wilno, 1930. S. 126–127.

[5] Słownik artystów polskich. T. 5. S. 174.

[6] Pomniki rytownictwa krajowego. Oddział I. Odciski z blach mniejszych, znajdujących się w bibliotece łohojskiej Konstantego hrabi Tyszkiewicza. Wilno, 1858.

[7] Рынкевіч У. Шаркаўшчынскі гравёр Ян Нікадэм Лапацінскі // Інсітнае мастацтва Беларусі. Гісторыя, суадносіны з народнай культурай, сучаснасць, тэндэнцыі развіцця. Склад. і аўтар прадмовы Л. Вакар. Віцебск, 2003. С. 50.

[8] Hedemann O. Historia powiatu brasławskiego. S. 132–133. 

[9] Słownik geograficzny Królewstwa Polskiego i innych krajów słowiańskich. T. XI. S. 797.