Медведь в Беларуси мелкий и мирный. Почему охота на него ничего не даст?

В Беларуси в последние месяцы развернулся ажиотаж вокруг бурого медведя. Вид охраняется Красной книгой как находящийся на грани вымирания, но охотники требуют вывести его оттуда и разрешить отстрел. Якобы косолапых развелось так много, что они начали оказывать пресс на копытных и сеют панику среди людей. Но так ли это на самом деле? Разбираемся в материале.

Американские горки белорусской статистики

Один из самых крупных хищников Беларуси находится под защитой Красной книги с 1981 года, где ему присвоена высшая, первая, категория охраны. Бурый медведь включен также в Красный список Международного союза охраны природы, в Приложения II и IV Директивы Совета ЕС о сохранении естественной среды обитания и дикой фауны и флоры, в Приложения II Конвенций СИТЕС и Бернской. В конце XIX столетия зверь практически повсеместно встречался на территории страны, однако спустя полвека ситуация кардинально поменялась. В 1960-е годы в тогдашней БССР его численность оценивали всего в 60-80 особей. И до 2000-х популяция оставалась стабильно низкой, что сохраняло за видом необходимость краснокнижного статуса.

Несостыковки в официальной отчетности начинаются с 2010-х годов, когда наблюдается то всплеск, то падение числа косолапых. Белстат выдает такую статистику: в 2010 году в стране было 111 медведей, в 2013-м – 123, в 2014-м – 119, в 2015-м – 20, в 2016-м – 76, в 2017-м – 68, в 2018-м – 25. В 2019-м количество мишек сократилось до 19 особей. А спустя 2 года оно – бац! – и выросло до 580. В 2023-м и вовсе в Беларуси насчитали 700 медведей. Причем 72% популяции, которую ведущий научный сотрудник, кандидат биологических наук Научно-практического центра по биоресурсам НАН РБ Ирина Соловей охарактеризовала как «демографически растущую», сосредоточено в Витебской области, 23% – в Минской. По ее информации, больше всего животных в Городокском, Витебском, Лиозненском районах, а также на территориях, прилегающих к Березинскому биосферному заповеднику. Эти данные получены методом анкетного опроса, который дает до 50% погрешности и в профессиональных кругах не выдерживает никакой критики. Взять хотя бы статистику Березинского заповедника: в 2020 году там учтены 84 медведя (включая примыкающие территории). Для сравнения: на 1 января 2021 года, согласно тому же Белстату, в охотничьих хозяйствах под охраной находились 42 медведя, по данным Минсельхозпрода, – 59.

В отчете Минлесхоза о ведении охотничьего хозяйства за 2022 год отражено уже только 5 (!) медведей, охраняемых в местах их обитания.

– Не может вид так прыгать в численности. Причем любой. Просто сейчас нет достоверных учетных данных, и это проблема для Беларуси, – говорит териолог, старший научный сотрудник Березинского биосферного заповедника Александр Рак.

Ситуацию с медведем в стране только предстоит прояснить. Для чего в ноябре 2023-го Научно-практический центр по биоресурсам НАН РБ утвердил Методические рекомендации по учету численности бурого медведя в Республике Беларусь. Пользователям охотничьих угодий надлежит использовать их уже с этого года. Однако, не имея на руках достоверных цифр, Белорусское общество охотников и рыболовов уже требует исключить медведя из Красной книги и внести в перечень нормируемых видов охотничьих животных, разрешив на него охоту в местах наибольшей концентрации. И даже позицию по этому поводу подготовило. Дескать, на своих участках обитания медведи негативно влияют на численность лосей, по республике участились конфликтные случаи с людьми, а прицельные выстрелы позволят держать зверя на почтительном расстоянии.

Белорусская популяция – одна из самых миролюбивых

Градус напряжения в обществе поднимают регулярные сообщения в прессе и соцсетях в однобокой, истеричной подаче. Хотя во многих установленных случаях мишка ведет себя мирно, как, например, в окрестностях Минска в минувшем августе. Чаще всего, напротив, зверь держится очень осторожно, предпочитая избегать человека.

Биолог-охотовед Андрей Шимчук в родной деревне Круча Круглянского района уже пару лет тропит самку с детенышем и двух молодых самцов и рад бы увидеть их воочию, да вот никак не удается. Осенью сельчане видели медведя, забредшего в лес у поселка Мозги в Вилейском районе, и думают, что он проходящий. Одна из последних зафиксированных находок – следы на территории Калининского лесничества Телеханского лесхоза, обнаруженные в конце января 2024 года. Специалисты считают, что, скорее всего, это мигрирующая особь, так как устойчивых группировок на юге Беларуси не наблюдали давно.

По мнению зоолога, профессора, доктора биологических наук Василия Гричика, наша популяция вообще одна из самых миролюбивых в Европе. Ученый с 1990 года ведет учет конфликтов медведя и человека и насобирал лишь 7 подобных фактов. И все они закончились трагически только для косолапых.

С тем, что белорусские медведи – мирные, согласен и Александр Рак:

– Особенно, если сравнивать с карпатской популяцией, которая втрое агрессивнее нашей. Это высчитали ученые. В Березинском заповеднике с 2015 года известен только один достоверный факт конфликта медведя и человека.

У мишки существует врожденный страх перед людьми, так как в генетической памяти зверя отложились многовековые охоты на его предков. У животного тонкий слух и обоняние и, почуяв человечий запах, он старается быстро и тихо скрыться.

Если конфликты и происходят, то не по вине медведя: он атакует, защищаясь при охоте или отлове медвежат, при посягательстве на его добычу. Человек может сам провоцировать зверя, проявляя назойливое любопытство, агрессию или, наоборот, пустившись от него наутек. Либо слишком близко подойти к медвежатам при матери, подкармливать молодых особей, оказаться в неурочном месте в брачный сезон у самцов.

В общем, любое неправильное поведение и игнорирование техники безопасности чревато последствиями. Об этом важно помнить, находясь в местах обитания медведей. Чтобы предупредить возможные конфликты, Минприроды Беларуси опубликовало правила поведения при обнаружении косолапых. Большую тематическую подборку издала Европейская комиссия в рамках программы LIFE + Nature.

Параллельно Александр Рак подготовил свод рекомендаций, как предотвратить столкновения в разных ситуациях:

– Достаточно соблюдать эти правила в лесу, и тогда большой шанс, что при встрече с медведем ничего не произойдет. Например, в Березинском заповеднике животных видят регулярно, сообщения поступают раз в 3 дня. Мишки были здесь всегда, люди знают, как себя с ними вести, и нормально вместе сосуществуют.

В заповеднике на сегодня одна из самых больших группировок медведей: 60 особей на 85 000 га территории. И, несмотря на постоянные встречи, с послевоенных лет случаев нападения не зафиксировано. К примеру, в Венгрии их не было на протяжении 100 лет.

Популяция медведей в Беларуси далека от насыщения

Березинский заповедник, по мнению Александра Рака, – единственное место в Беларуси, где численность медведей приближается к оптимальной – 1 особь на 1000 га лесопокрытой площади. Даже в Витебском районе, в окрестностях поселка Сураж, где часто фиксируют встречи с косолапыми, плотность не такая большая. На ООПТ она начала расти с 2005 года благодаря ряду факторов, в том числе за счет охраны и борьбы с браконьерством: именно в тот период в стране появилась Госинспекция охраны животного и растительного мира.

Ученый предполагает, что количество мишек подросло и на остальной территории Беларуси. Но вот на сколько, должны сказать результаты учетов. Пока же видимость заполонения создается из-за образа жизни топтыгина: в поисках пропитания он способен совершать огромные марш-броски.

– Это очень подвижный зверь, он постоянно перемещается и преодолевает большие расстояния, – объясняет Александр Рак. – Взрослый самец патрулирует свою территорию, которая может быть внушительных размеров. Плюс у него есть сезонная миграция, когда в период нажировки зверь далеко уходит. В заповеднике, например, – за 15-20 км от своего участка. Подальше от самцов, на окраинах их территории держатся самки с медвежатами. Там же может обитать 2-3-летний молодняк. Все звери находятся в постоянном движении, заходят на участок одного самца, потом другого. Это связано со сменой кормов. Весной, когда проступает зелень, они идут в ольшаники, затем созревает черника, брусника – перемещаются в ягодники, поспеет клюква – медведи отправляются за ней, а позже выходят на кукурузные поля. В Восточной Европе, в частности в Карпатах, достигшие половозрелости молодые самцы преодолевают от 80 до 200 км в сутки. Самки могут жить в пределах участка площадью 50 км². Вот и получается, что один и тот же медведь, блуждая, прошел десятки километров, оставил много следов и попал на фотокамеры разных людей. А кажется, что развелось много зверей.

Эту мысль подтверждает и бывший охотовед нацпарка «Беловежская пуща», проработавший там 16 лет, а ныне директор Государственного природного заповедника «Курильский» в Сахалинской области Российской Федерации Александр Кислейко. С медведями он знаком не понаслышке и по долгу службы охраняет их сейчас на Курильских островах.

– Для медведя 50 км – не расстояние. Это в день! А сколько тогда будет в течение года?! На всем протяжении маршрута одного и того же зверя в разных местах отметили – отсюда и ажиотаж, – говорит природоохранник и делится наблюдениями о повадках животных, – Медведь никогда не находится на одном месте. Он вытаптывает тропинки, чтобы чужаки боялись, еще и лапами поерзает по грязи, чтобы след был пошире. Делает задиры на деревьях, в основном на хвойных, да старается повыше – чтобы напугать соперников. Когда появляется живица (смола), трется о ствол спиной, оставляет запаховую метку. Другой медведь по запаху определяет размеры хозяина, победит он в схватке или лучше не связываться.

Директор Курильского заповедника выдвигает версию, что по Беларуси проходят мигрирующие из России особи, которых от перемещения дальше в Европу остановил забор на границе с Польшей. Медведи могли занять и нишу кабанов, массово истребляемых с 2013 года в целях остановки распространения африканской чумы свиней. В поисках корешков, желудей, сельхозкультур они начали выходить на кормовые угодья и таким образом стали чаще показываться.

К миграции косолапых подталкивают и интенсивные вырубки лесов, в результате которых сокращается их среда обитания и кормовая база, браконьерство, беспокойство во время зимней спячки. А это, в свою очередь, приводит к повышению плотности хищников в каком-то месте. «Для голодного медведя нет преград, он преодолеет безлесные пространства, которые при нормальных условиях проживания представляют серьезное препятствие, и выйдет к людям. А там он может задавить домашний скот, разорить огороды и помойки, где всегда есть чем поживиться», – подчеркивает сотрудница Центра спасения медвежат-сирот в Тверской области Екатерина Пажетнова.

«Медведи сами себя регулируют»

Природа придумала механизм регуляции плотности – внутривидовой каннибализм, говорит она. Если животных на одной территории становится много и еды им недостаточно, взрослые крупные самцы начинают убивать молодняк.

– На острове Кунашир в Сахалинской области обитают 180 медведей. И больше их не становится, потому что это изолированная популяция – с одной стороны Охотское море, с другой – Тихий океан. Самцы при любом удобном случае съедают медвежат. А если появилось их больше – то и двухлеток, трехлеток. Тот, кто посильнее, съедает того, кто послабее. Так медведи сами себя регулируют, – свидетельствует Александр Кислейко.

Все надежды на качественный мониторинг

С 1 марта в Беларуси должны начаться учеты численности краснокнижников. Согласно методическим рекомендациям НПЦ по биоресурсам, подсчитывать медведей будут методами круглогодичного и единовременного картирования встреч и следов, а также анкетным опросом, хоть его и ругают.

Круглогодичное картирование должно проходить постоянно с первого дня весны по 28 февраля с наблюдениями в период выхода медведей из спячки (март – апрель), в брачный сезон (конец мая – начало июня), в оседлый (конец июня – середина июля), в период нажировки (конец июля – до впадения зверя в спячку в ноябре-декабре).

Самым оптимальным временем проведения единовременного учета считается конец мая – июль, когда мишки равномерно распределились по территории, а также последние числа сентября. Продолжительность учета не должна превышать 7 дней. Для большей достоверности его рекомендовано проводить максимальным количеством учетчиков на всей территории охотхозяйства, ООПТ или района. Участники должны фиксировать в карточке места встреч с бурыми медведями, отпечатки их лап, следы жизнедеятельности (экскременты, задиры и закусы на деревьях и кустарниках, поеди, порои, разрушенные муравейники, ульи, мочевые точки и прочие характерные признаки). При обнаружении следов данные о них картируют, обязательно измеряют отпечатки передней лапы (ширину и длину) и дополнительно – задней, с точностью от 1 до 5 мм. Каждый зверь имеет индивидуальные характеристики, в том числе размеров лап. Поэтому нужно делать пометки о форме подушек, их рельефе, о наличии шрамов, отсутствии когтей, каким аллюром животное передвигалось (медленным шагом, бегом и др.), о роде занятий (шел, добывал пищу и т.п.), указать направление следов (обозначается стрелкой относительно хода маршрута) и другие признаки обитания медведя. При этом важно описать тип грунта (глина, песок, супесь, песок с галькой, торф, другое), так как даже на одной и той же почве следы могут меняться в зависимости от влажности, толщины мягкого слоя, скорости хода, массы животного. Сравнение отпечатков позволяет различить особей или зафиксировать повторную встречу одного или того же зверя. Как правило, два взрослых крупных самца не живут рядом. А вот два мелких, а также медведица с сеголетками – вполне. Про все это могут рассказать их следы.

В рекомендациях есть описание, как определить возраст медведя при троплении. Так, ширина следа передней лапы сеголеток составляет 5–7 см, лончаков (медвежат возрастом 1,2-1,8 года) – 8–10 см, пестунов (от 2 лет) – 10–11,5 см, взрослых самок – 11–13 см, взрослых самцов – 14–16 см, старых особей – более 17 см.

При визуальной регистрации животных необходимо обозначить в карточке место встречи, количество особей, по возможности – размер, окрас, пол. При расшифровке данных фотоловушек – то же самое, делая акцент на индивидуальных особенностях зверя. Учету подлежат и обнаруженные берлоги.

Данные о численности бурого медведя организации-учетчики должны предоставлять ежегодно, не позднее 10 апреля, в областные лесохозяйственные объединения. Те – в Минлесхоз, который к 1 мая обязан выдать обобщенную информацию по республике НПЦ по биоресурсам.

Картирование – это лучшее, что можно сделать в Беларуси на данном этапе для первичного определения численности медведей, убежден Александр Рак. Однако он не верит, что кто-то на постоянной основе будет заниматься круглогодичными учетами:

– Здесь хотя бы единовременное картирование провести. Но оно уже лучше, чем анкетный опрос. Это достаточно хорошая методика, ее изобрел российский ученый Пажетнов. Мы ее с 2020 года в заповеднике применяем, и только спустя год-полтора поняли, как правильно мерять следы. Поэтому нужны квалифицированные сотрудники. Не знаю, где их возьмет Минлесхоз, но, чтобы сделать более-менее достоверный учет, нужно единовременно задействовать около 30 человек, а то и больше. Каждый охотпользователь, показавший в отчетности, что на его территории есть краснокнижный вид, обязан организовать картирование. В день учетчик должен пройти 10–15 км, найти следы медведя (или его самого), замерить их размер, нанести на карту. Конечно, не обойдется без ошибок, но в принципе методика предполагает порог погрешности до 2 см на отпечатке одной особи.

Как считают медведей в России

В соседней России бурый медведь – лимитируемый охотничий вид. Его добыча разрешена по лицензии в охотничий сезон. Популяция в стране оценивается в 250 000–300 000 особей и опасений не вызывает. Но в то же время в Московской области зверь стал настолько редким, что его включили в местную Красную книгу. Правда, недавно в федеральное законодательство внесли поправки, которые разрешают регулирование краснокнижников на территории субъектов РФ. От численности и плотности поголовья зависит размер квот на ежегодное изъятие медведей. Перепромысел опасен расстройством стабильного состава популяции, снижением воспроизводных функций и падением числа косолапых.

Многолетние исследования в России показали, что при плотности 1 особь на 1000 га лесопокрытой площади структура группировки будет постоянной как на ООПТ, так и в охотугодьях: 30% взрослых самцов (передняя лапа шириной 13 см и более), 30% самок с молодняком и столько же медведей-одиночек разного пола. Зная это и подсчитав следы на снегу после выхода косолапых из берлог весной, можно оценить их количество в конкретной популяции. Наличие в ней сеголетков является показателем благополучия. На природоохранной территории малыши могут составлять до 12–15%, в отдельные годы – 17%. На эксплуатируемой – уровень воспроизводства достигает 20%, иногда – 25–27%. Но это явление чрезвычайное и служит свидетельством перепромысла, когда популяция стремится восполнить потери и омолаживается. Обычно при этом наблюдается процесс измельчания размеров медведей.

В РФ руководствуются Методическими указаниями по учетам численности животных, отнесенных к охотничьим ресурсам, которые в 2012 году подготовил Всероссийский научно-исследовательский институт охотничьего хозяйства и звероводства имени профессора Б.М. Житкова. Согласно этим рекомендациям, учетчики заполняют анкету на бурого медведя, где записывают следующие данные: температуру окружающей среды (ночную, до обнаружения зверя, и дневную, в момент учета), что именно наблюдали: след, встречу, определяют давность следа (свежий, суточный, двухдневный, не определен), ширину оттиска мозоли передней правой лапы на снегу или на грунте (в сантиметрах). Если встретили самку с медвежатами, то указывают такие же параметры лап на грунте/снегу на каждого зверя, будь то сеголеток, лончак (перезимовавший детеныш), пестун (перезимовавший вторую зиму). Если же было тропление, то в анкете пишут, где именно оно проходило: в сосняках, ельниках, березняках, осинниках, ольшаниках, ивняках, на вырубке, гари, на острове леса среди моховых болот, в буреломе, среди несомкнувшихся культур ели, несомкнувшихся культур прочих древесных пород.

Описывают и поведение зверя в момент выслеживания: разорение муравейников, поедание падали, кормежка клюквой, преследование лосей, прочее. Если обнаружена берлога, то поясняют, какая: в густом еловом молодняке, грунтовая, под вывороченным основанием поваленного дерева, полугрунтовая в буреломе или на болоте с использованием тростника. Анкета подписывается учетчиком с указанием ФИО.

Однако Россия большая, и в каждой области обитания медведей своя специфика и методика подсчета. Например, на Курильских островах и Сахалине косолапых учитывают на нерестовых реках во время хода лососевых с сентября до ноября, рассказывает Александр Кислейко. В это время там концентрация животных, пришедших на нажировочный корм – сначала на горбушу, потом на кету.

– Считаем и по следам на речке, меряем ширину и длину передней лапы. На разном грунте отпечаток может быть чуть больше, чуть меньше, и тут надо включать мозги, чтобы дважды не записать одного и того же медведя. Когда разброс в размерах большой, с разницей в 2-3 см, тогда понятно, что это другой зверь. А если след похожий, то сразу не записываешь, протропишь метров 100 и на другом грунте померяешь – тогда поймешь, тот ли самый это зверь, – посвящает в нюансы директор заповедника «Курильский». О мониторинге охотничьих ресурсов там отчитываются вышестоящим ведомствам ежегодно до 1 апреля.

По словам собеседника, численность медведей в Сахалинской области в течение 11 лет остается неизменной – 4000 особей. Из них на острове Сахалин обитают 3100 косолапых, на о. Парамушир – 120, на о. Итуруп – 600 и на Кунашире – 180 (и это без учета охранной зоны заповедника «Курильский»).

В горах России медведей подсчитывают по выходу из берлог весной, затем сверяют со следами на снегу. В центральной части страны, в тайге используют метод учета на овсах. Засевают зерно на полянках в лесу, сооружают на дереве лабаз (сидушку) и визуально считают по головам. Когда овес созревает до молочной спелости – все медведи округи там. «Как у нас все сбегаются на речку на лососей, так и на овес из разных концов приходят. Растение невысокое, медведей хорошо видно», – говорит Александр Кислейко и рекомендует этот же способ учета применять в Беларуси.

Как лучше мониторить медведей в РБ?

То, что овес – большое лакомство для топтыгина, подтверждает фотограф дикой природы Виктор Козловский. Несколько лет он вместе с соратниками распахивает и засевает злаком поле в глуши – и получает заветные снимки с мишками. Однажды за вечер увидел там 6 медведей, фотографии которых отправил на конкурс «Дикая природа Беларуси-2023».

Помимо учетов на овсяных полях эффективными методиками для нашей страны Александр Кислейко считает тропление, особенно на противопожарных полосах в лесах, а также мониторинг с помощью фотоловушек. Их желательно устанавливать на просеках, на маршрутах передвижения медведей, где чаще всего встречаются следы животных.

– В национальном парке «Земля леопарда» в Приморском крае повесили 300 фотоловушек, и они показывают полную картину о количестве и половозрастной структуре леопардов и тигров. И хотя у медведя нет индивидуальной окраски, как у рыси или леопарда, компьютерная обработка с точностью определит, какая особь попала в объектив. Но на самом деле и мишки отличаются по цвету меха – от соломенного до бурого, а на Дальнем Востоке – до смоляно-черного. А еще есть такие характеристики, как размерный ряд, форма головы, у кого-то ухо драное, у кого-то шрам на носу – самку от самца можно отличить. То есть фотоловушки действительно помогут установить достоверную численность краснокнижного вида, – подчеркивает директор Курильского заповедника.

Эксперты в один голос говорят, что в идеале для более точного мониторинга медведей нужно использовать GPS-ошейники, как в Беловежской пуще при изучении волков. Но это требует наличия высококвалифицированных специалистов, прежде всего ветеринаров, и очень затратно. Хотя и не так дорого, как молекулярно-генетический метод, которым сейчас пользуются в Болгарии, Румынии, Латвии, и где одно исследование образца шерсти стоит 1000 евро.

Как дела с медведем в Европе?

Всех обитающих в Европе медведей делят на 9 группировок, согласно Красному списку Международного союза охраны природы. Некогда сплошной ареал обитания вида разбит на отдельные фрагменты, некоторые популяции изолированы. Звери из Беларуси, стран Балтии, северо-востока Норвегии, Финляндии и европейской части России относятся к крупнейшей постоянной группировке Северо-Восточной Европы. В 28 странах ЕС насчитывается менее 10 000 взрослых особей. Виду присвоена категория NT Красной книги – состояние, близкое к угрожаемому. Больше всего медведей в Румынии – 6000, в Швеции – 3000, Словакии – 1250, Боснии и Герцеговине – 1000, Хорватии – 937, Эстонии – 900–950, Словении – 564–750, Греции – 450–500, Болгарии – 420, Черногории – 378, Северной Македонии – 375, Албании – 190, Сербии – 120. Во Франции не более 70 зверей. В Австрии они под угрозой истребления. В Польше около 120 мишек, в Украине – примерно 350, Латвии – 70. В большинстве европейских стран медведи находятся под частичной или полной охраной. В некоторых государствах их численность регулируют, изымая определенное количество. Квоты ежегодно пересматривают. Основанием для их выделения могут быть случаи нападения на людей, причинение ущерба охотничьему хозяйству, фермерам, пчеловодам. Агрессивных или опасных животных чаще всего отстреливают. Но такие методы не популярны в обществе, критикуются природоохранными организациями. Поэтому в ряде случаев медведей переселяют, а пострадавшим от них выплачивают компенсацию.

Беларуси нужен план…

В многих странах разработаны и приняты планы управления популяцией бурого медведя. Такие документы есть в Латвии, Эстонии, Польше, Украине, Болгарии, Румынии, Словакии, Словении. Есть и общий План действий по сохранению вида для Европы, где вкратце рассматривается ситуация в каждом из государств ЕС.

После организации учетов и первичной оценки численности бурого медведя разработка такого плана для Беларуси должна быть следующим шагом. Тем более что попытки подготовить документ уже предпринимались больше 10 лет назад. Это же предлагает и экологическая общественность, которая, обеспокоившись активным лоббированием охоты на медведя и выведением его из Красной книги, подготовила свою позицию. В ней подробно описана ситуация в Беларуси, биология вида, его роль в экосистемах, проблема противостояния зверя и человека, опыт решения конфликтов в Европе и даны дельные рекомендации.

Помимо разработки плана управления популяцией бурого медведя экообщественность предлагает создать в Беларуси открытую межведомственную рабочую группу по крупным хищникам (медведь, волк, рысь), которая будет заниматься координацией исследований в стране, накоплением информации и ее анализом. Разработать систему мониторинга косолапых и наладить ежегодный обмен данными с исследовательскими центрами в соседних Латвии, Литве, Польше, Украине, России. Передавать под охрану ключевые участки обитания вида, особенно места расположения берлог, для предотвращения конфликтных ситуаций. Подготовить программу гармонизации отношений человека и медведя, используя опыт других стран. Такие программы уже есть, например, в Италии, Греции, Словакии.

…И компенсация за ущерб

Отдельно экологическое сообщество заостряет внимание на необходимости разработки в Беларуси системы компенсаций за ущерб, причиняемый медведями сельскохозяйственным животным, пчелам, посевам, и применении превентивных мер для его ликвидации. Про это же упоминает и директор заповедника «Курильский» Александр Кислейко:

– Во всем мире ущерб, нанесенный краснокнижными видами, компенсирует государство. И в Беларуси должно быть так. Если за потравы, урон от охотничьих животных с фермерами, колхозами рассчитываются охотпользователи, то в отношении краснокнижников механизм не работает. Взять хотя бы зубров – наносят сельскому хозяйству колоссальные потери, но государство ничего не возмещает. Если начнем компенсировать ущерб за медведей, все будут счастливы от того, что их много, и перестанут жаловаться, что мишки где-то овса поели, меда…

К слову, Франция выплатила 870 000 евро фермерам для защиты овец от нападений косолапых и еще 392 000 евро – на компенсацию пострадавшим от их нашествия.

Живоотлов как альтернатива отстрела

Став в 2015 году директором Курильского заповедника, Александр Кислейко начал искать другие способы регулирования количества медведей. И нашел: придумал ловушку для отлова.

– Двое лончаков начали выпрашивать еду на дороге. Останавливали машины, догоняли людей на велосипедах. Дело дошло до губернатора. Районное руководство обратилось ко мне, чтоб помог, – вспоминает Александр Кислейко. – Я сварил 200-литровые металлические бочки между собой, установил решетку и входную дверцу. А внутрь положил приманку – банку сгущенного молока и печенье. Механизм работает как в мышеловке: дернул за приманку – дверца захлопывается. Обоих медвежат выловил и отвез за 50 км от населенного пункта – на границу с заповедником. И так сохранил им жизнь.

По мнению эксперта, такие ловушки можно было бы использовать и в Беларуси: отлавливать конфликтных особей и перевозить туда, где они не будут никому мешать – в Полесский государственный радиационно-экологический заповедник. Схема рабочая, было бы желание ею пользоваться.

Насколько охота на медведя эффективна?

Возможно, тогда и разговоры об необходимости охоты на медведя поутихли бы. Тем более, что ни экономической, ни экологической целесообразности она не имеет. Об этом свидетельствует и опыт стран, где разрешена добыча медведя, и ряд научных публикаций. Так, в самой «медвежьей» стране Европы – Румынии в 2019 году изменили природоохранный статус животных, на 5 лет разрешив охоту для снижения численности. Но конфликты с людьми после этого не уменьшились. В Эстонии в 2023 году ввели квоту на добычу 96 медведей, что раскололо охотников. Часть из них считает, что нужно ограничиться отстрелом только тех косолапых, которые разоряют ульи и сады. Не приносит эффекта система квот и в Словакии, где основной проблемой остаются подкормочные площадки с тоннами еды для оленей. И сейчас там призывают граждан научиться жить мирно по соседству с мишками.

Этот же довод подтверждает профессор кафедры экологии и управления природными ресурсами Норвежского университета естественных наук Джон Э. Свенсон. Он – автор исследования о влиянии охоты на поведение косолапых в Евразии, опубликованного Международной ассоциацией исследований и управления медведями. По мнению исследователя, отстрел животных не делает их более настороженными к людям, если в свободном доступе имеются продукты питания, связанные с человеком. Экстраполируя на Беларусь: пока на сельскохозяйственных полях будут пищевые остатки, встречи с топтыгиными гарантированы.

Ученые на протяжении 30 лет изучали воздействие на бурых медведей регулируемой охоты как ключевого элемента многих программ управления хищниками. Исследование показало: отстрел серьезно нарушил взаимодействие между возрастным выживанием и факторами окружающей среды, изменил репродуктивные стратегии и продолжительность жизни в популяции крупнейшего в мире наземного хищника.

В другом изыскании зарубежные специалисты искали связь между количеством исков о возмещении ущерба и числом медведей. Однако не обнаружили никаких доказательств и пришли к выводу, что отстрел как мера управления не предотвращает наносимый урон.

Россияне точно не поедут за белорусскими медведями, у них своих хватает, и спрос на охоту в РФ сейчас невелик. В Магаданской области поголовье в 10 000 мишек, и из положенных квотами на изъятие 600 особей отстреливают только 30 в год, говорит охотовед, кандидат биологических наук, главный редактор «Русского охотничьего журнала» Михаил Кречмар.

– Это большая проблема в России. Численность медведя растет, есть его нельзя, шкуры воняют, плесневеют. Все, кто хотел добыть медведя в качестве трофея, давно это сделал, – подчеркивает он.

Ежегодно в Сахалинской области к изъятию отводят до 10% от популяции – около 400 разрешений на отстрел в общедоступных охотничьих угодьях и арендованных. Плюс дополнительно выдают от 100 до 160 разрешений (около 4% по региону) на регулирование численности «в части устранения угрозы нанесения ущерба здоровью граждан». На одном только Кунашире под такой формулировкой могут добывать до 15 медведей в год.

А теперь самое интересное: стоимость одного разрешения на охоту в общедоступных охотугодьях составляет 3000 российских рублей. Это около 100 (!) беларусских. И при такой низкой цене все квоты не реализуются, обращает внимание Александр Кислейко. Составят ли отечественные охотпользователи конкуренцию российским? Вряд ли.

Одно время на Дальнем Востоке процветало браконьерство. Медведей истребляли сотнями, добывая желчь и лапы. Дериваты шли в Китай, Корею, Японию как лекарственное средство в восточной медицине. По верованиям, медвежья желчь – панацея от всех болезней, содержит аминокислоты, подкожный жир с подушечек лап помогает от туберкулеза. Ценились и когти. Бывало, госинспекторы находили в лесу брошенные туши со вспоротыми животами и отрезанными лапами. Но в Китае ввели наказание от 5 лет тюрьмы вплоть до смертной казни за контрабанду дериватов, и косолапые резко стали не интересны бандитам.

– Охота не отрегулирует численность медведя. Он будет в Беларуси, в северной части – точно. В любом случае людям надо готовиться к тому, что, пойдя в лес за грибами, можно встретить там медведя, – резюмирует Александр Рак.

От редакции «Планеты Беларусь»: Елена Садовская представила точку зрения противников выведения медведей из Красной книги Беларуси и аргументировала свою позицию. Если найдутся профессионалы, не согласные с автором публикации, мы вернемся к этой теме, которая волнует не только охотников, но и многих жителей сельской местности.