Погружение в архив: в издательстве «Рифтур» вышла книга о Наппельбауме

Имя Моисея Наппельбаума (1869–1958) широко известно в фотографической среде, поэтому интерес к минскому периоду его жизни совсем не удивителен. Новая книга «Рифтура» так и называется — «Наппельбаум: фотограф Ленина из Минска».

Ее автор, коллекционер и историк Александр Величко, не претендуя на анализ творчества фотографа, провел немалую работу в архивах и музеях. В результате собраны и систематизированы биографические данные и документы – в помощь будущим историкам фотографии или уже работающим исследователям, и конечно, их читателям.

Как всегда это происходит при актуализации архивов, ценно то, что не только сам Наппельбаум, но и его окружение, семейное и профессиональное, оказались в поле зрения автора.

Моисей Соломонович Наппельбаум в 1918 году действительно получил от В.И. Ленина доброжелательный отзыв, послуживший безотказным, безусловным напутствием его карьере: «Очень благодарю товарища Наппельбаума. Ленин». За легендарным портретом руководителя советского государства последовал целый пантеон, как теперь сказали бы, культурных героев. Увы, многие «властители судеб» были анти-героями, но галерея составлена: Сталин и Дзержинский, Троцкий, Молотов, Есенин и Уланова, Якуб Колас и Ахматова, Буденный и Эренбург, Жданов. Десятки и сотни хрестоматийных портретов, в которые вглядываются потомки.

В известной мере, постановочный портрет политического и идеологического деятеля, тем более официальный образ, заведомо служит инструментом пропаганды. Но сейчас эти наслоения уже считываются легко, и это не отнимает ценности визуального документа. Все остальное просто отнесем к вопросам интерпретации, и тогда перед нами остается только работа фотографа, портрет человека.

А «выросло» все это в Минске, в городской мультикультурной среде и традициях. В среде этой фотография была еще не искусством, а ремеслом, где осваивались сложные (и хрупкие!) ручные технологии, материалы, приспособления, и ценились навыки мастеров ателье. Следы ремесленной фотографической эпохи – в отличие от интерпретаций, то есть домыслов, исторических клише – остались в архивах. И Александр Величко вводит этот инструментарий в научный и справочный оборот.

Итак, что же в сухом остатке?

Хронология полной биографии Наппельбаума определенно будет полезна исследователям. Величко проверяет всю имеющуюся датировку перемещений фотографа по Российской империи и Америке, его службу в разных должностях, названия ателье и участие в выставках в Минске и Вильно. Генеалогическое древо семьи от 1811 года в сочетании с картографическими подробностями (владения землей, домами, арендами и залогами) на территории Минска оживает и наполняется интересными для современного минчанина деталями.

Улицы Московская, Толстого, предместье Добрые Мысли, Койдановский тракт и их история до сих пор знакомы даже обывателям и уж точно небезразличны краеведам.

Бланки с реквизитами ателье тоже составляют в книге весьма любопытную часть. Как и таблица с именами фотографов дореволюционного Минска с 1850 до 1917 года. В таблице отмечены сроки работы фотографов – это точно пригодится историкам. Плюс еще один список до 1918 года, с полными именами, но без дат.

Профессиональную информацию Александр Величко дополняет перечнем типографий, которые изготавливали бланки; «Примечаниями» к биографиям других минских фотографов; небольшим глоссарием и библиографическим списком.

Работа в архивах и многочисленные консультации автора, а в итоге книга издательства «Рифтур» не могут остаться незамеченными. Они станут необходимыми для историков культуры Беларуси, да и сами архивы без таких книг остаются закрытыми для широкого читателя.