pl | de | by | en

На водоразделе двух морей

6 часов
320 км
Автомобиль

b-logo.png

Минск – Копыль – Тимковичи – Савичи – Киевичи – Красная Звезда – Клецк – Альба – Минск

Реки Беларуси текут в разные стороны. Одни – на Балтику, другие – в Черное море. Их истоки порой едва ли не соприкасаются друг с другом, что и породило в далеком прошлом знаменитый «путь из Варяг в Греки». На этом географическом порубежье и располагаются города, выбранные для нашего маршрута. Клецк стоит на Лани, Копыль – на реке Мажа. Это притоки Припяти и Днепра. Пригород Несвижа – Альба приютилась на берегах реки Уша, притока Немана. Отсюда, от этой природной границы, на юг тянутся просторы Полесья – края удивительных ландшафтов и своеобразной истории…




Точки маршрута

Возможно, название нынешнего районного центра есть не что иное, как производное от слова «капище» (т.е. святилище, культовое место): капа, капь, отсюда — Капыль (так он именуется по-белорусски). Вначале тут были балты — потом пришли дреговичи. Они заняли капище на холме, что поднимается над речной поймой на 10—13 м и представляет собой эллипс размером 45 × 100 м, вытянутый с севера на юг. Это — копыльское городище, которое до сих пор не дает покоя археологам — в конце ХХ века они проводили тут раскопки и получили богатый материал для размышлений…

Вывод напрашивается такой: в ХI—XIII столетиях на копыльском городище размещался детинец летописного города. Тут жил князь со своей младшей дружиной, которая называлась «княжеские дети» в отличие от старшей дружины — бояр. Позже, в ХIV—XVIII веках, на месте детинца возник замок, и место это стали именовать Замчищем.

Впервые Копыль упоминается в Галицко-Волынской летописи под 1274 годом. В первой четверти ХIV столетия город вошел в Великое Княжество Литовское. В конце того же столетия стал владением одного из сыновей великого князя литовского Ольгерда — Владимира, чей сын Александр, за которым закрепилось имя Олелька, положил начало династии князей Олельковичей, на два века избравших Копыль своей резиденцией. Им, кроме того, принадлежали другие земли и города; они были наследственными владельцами Киева и претендентами на великокняжеский трон в ВКЛ.

С 1612 года Копыль перешел к Радзивиллам и сорок лет спустя получил магдебургское право, а вместе с ним — печать, герб с изображением охотничьего рога на золотом поле и права на проведение кирмашей и еженедельных торгов. Уже в ту пору в Копыле было шесть ремесленных цехов. Городом управлял магистрат, в который входили войт, писарь, два бурмистра, четыре радника и столько же лавников (тогдашняя законодательная, исполнительная и судебная власть).

В 1793 году Копыль вошел в состав Российской империи и стал местечком в Слуцком повете Минской губернии. В 1887 году здесь родился Змитер Жилунович — будущий известный писатель, общественный деятель, академик Тишка Гартный. Выходец из крестьян, он закончил в Копыле двухклассное училище, работал в кожевенных мастерских. Принимал самое деятельное участие в провозглашении Советской Беларуси, стал автором Манифеста о создании Социалистической Советской Республики Беларуси (ССРБ) в 1919 году и на протяжении чуть более месяца возглавлял ее Временное рабоче-крестьянское правительство, был одним из основателей Национальной Академии наук. Машина репрессий бесследно поглотила его на 50-м году жизни… В Копыле на подворье, где жили Жилуновичи, есть дом с мемориальной доской в честь Т. Гартного.  

На юге Копыльщины, в имении Борки (теперь деревня Жабчево), родился классик белорусской литературы, автор романов и повестей Кузьма Чорный (Миколай Романовский, 1900—1944), а деревня Песочное, что на границе с Узденщиной, — родина известного поэта, автора популярной песни «Ой бацька мой, Нёман» Анатоля Астрейко (1911—1978). Из деревни Конюхи родом Алесь Адамович (1927–1994) – знаменитый писатель, сценарист, литературовед, критик, доктор филологических наук, профессор, член-корреспондент АН БССР.

В Копыле сохранилась симпатичная рядовая застройка конца XIX – начала ХХ века, а также церковь Вознесения Господня (1866) — крестово-купольная постройка, в которой бутовая кладка эффектно контрастирует с побеленными элементами декора.

Сегодняшний агрогородок известен с 1499 года. Как местечком им владели князья Олельковичи, затем Ходкевичи, Сапеги, Полубинские, Радзивиллы…

На месте униатского деревянного храма в 1860-х годах здесь была возведена православная церковь Св. Николая с брамой-колокольней и двумя часовнями, вставленными в ограду. На одной из часовен укреплена мемориальная доска с царским вензелем и надписью: «19 февраля 1861 г. в Память освобождения Крестьян от крепостной зависимости». Стоит заметить, что памятники подобного рода - и в этом их историческая ценность - крайне редки, поскольку как сама отмена рабства в империи Романовых, так и последствия этой формальной акции в тогдашнем российском обществе не получили однозначной оценки.

Настоятелем этой церкви в 1921-1930 годах был священник Петр Грудинский, бывший член II Государственной думы от Минской губернии, репрессированный советскими властями, а впоследствии реабилитированный и канонизированный Белорусской (1999) и Русской (2000) православными церквами как священномученик.

Ныне скромное село Савичи на протяжении более 260 лет было родовым гнездом Войниловичей – одного из древнейших шляхетских родов Беларуси, самым ярким представителем которого стал Эдвард Войнилович (1847–1928). Свое состояние и безупречную репутацию он создавал сам. Закончив Петербургский технологический университет, устроился инженером на Путиловский завод за 50 рублей жалованья. Потом, под немецким Ганновером, с утра до вечера собирал локомотивы. Решил научиться водить паровозы и направился в Льеж. А завершил образование в Сорбонне и Силезии, прослушав курс лекций по политэкономии и сельскому хозяйству.

Его выбирают в члены Государственного совета России от Минской губернии. Пришлось покинуть родные Савичи и ехать в Петербург, где он даже осмеливается возражать на заседаниях Госсовета и Думы всесильному премьеру Петру Столыпину. Тот приглашает минского депутата к себе и, именуя его «минским Бисмарком», предлагает должность вице-министра сельского хозяйства, прямо обещая в перспективе сделать его министром. Войнилович отказывается от этого лестного предложения, полагая, что на родине сможет сделать больше, чем в российской столице.

В начале ХIX века старый дом в Савичах Войниловичи перестроили в двухэтажный дворец в стиле ампир, окруженный большим парком с прудами, беседками, гротами, голландскими мельницами… От именитых посетителей этого «приюта труда и вдохновений» не было отбоя. Эдвард Войнилович, занимаясь разнообразной хозяйственной деятельностью, был и политически очень активен – поддерживал и финансировал белорусское национально-освободительное движение, приветствовал создание Белорусской Народной Республики, участвовал в заседаниях совета БНР…

В феврале 1918 года разъяренная толпа солдат и местных жителей ворвалась в имение. Полуодетый, укрывшийся в саду с женой, он наблюдал, как жгут богатейший фамильный архив, начатый еще в XVI веке, огромную библиотеку, мебель… Фамильное гнездо было разорено, перемен к лучшему не видно. Осознав эту горькую истину, Войнилович навсегда покидает родные места. Он умер в польском городе Быдгоще на 81 году жизни, успев написать книгу воспоминаний,  опубликованную в 1931 году в Вильне. В 2007 году она увидела свет и в Беларуси.

Сам Эдвард Войнилович вернулся на Родину только через 80 лет. Произошло то, о чем он мечтал и писал. В 2006 году его прах был перевезен из Польши в Минск и захоронен у Красного костела, который построен его стараниями. Начат процесс беатификации Эдварда Войниловича.

Осталось ли в Савичах что-то напоминающее о былых владельцах имения? Тут можно увидеть руины винокурни и кладбище, на котором похоронены поколения Войниловичей, в том числе  родители Эдварда и его дети — Симон и Елена, в память о которых в Минске построен знаменитый Красный костел, ставший одним из символов не только белорусской столицы, но и всей страны.

Вознесенская церковь восстала из руин в 1990-х годах. В объемно-пространственной композиции святыни, скроенной по лекалам ретроспективно-русского стиля во второй половине ХIХ столетия, доминирует мощный восьмерик. Он возвышается над кубоподобным объемом храма; его плоскости прорезаны узкими оконными проемами (по два и по три, через которые свет вливается в интерьер); сферический купол державно парит над окрестностями. Двухъярусная шатровая звонница соперничает с куполом, зрительно отступая, однако, перед ним. Храм украшен кирпичной кладкой на фасадах, взятой из арсенала классицизма.

Деревня Киевичи располагается на знаменитом Московско-Варшавском шоссе. Эта уникальная в своем роде «шоссированная дорога» была проложена в первой половине ХІХ века из Москвы в Варшаву, которая вместе в другими польскими городами и землями попала в состав Российской империи по условиям Венского конгресса (1815). По существу, шоссе стало магистральной дорогой — самой длинной на ту пору в империи и, одновременно, наикратчайшей — из старой столицы России в западную Европу. Прошло шоссе через белорусские земли, получившие от тогдашних властей в 1840 году официальное название «Северо-Западный край».

Сегодня в пределах Беларуси это шоссе, для краткости именуемое «Варшавкой», нанизало на себя ни много ни мало одиннадцать районных центров Брестской, Минской, Гомельской и Могилевской областей. Оно было построено «волею блаженной памяти императора Николая І» — так почтительно писал в своем указе его сын Александр ІІ — и прошло в обход столицы Минской губернии, ибо альтернативой Минску стал… Бобруйск. Обозначенное сегодня в республиканском перечне дорог как «Р43» (а участок от Кобрина до Ивацевич — «Р2»), шоссе продолжает неутомимо трудиться уже второе столетие… И чем солиднее становится его возраст, тем все больше возрастает интерес к нему как к памятнику истории. Ведь именно здесь, в отличие от других белорусских шляхов, трактов, гостинцев, лучше всего сохранилась изначальная трассировка дороги и в немалой степени ее инфраструктура, включающая в себя кое-где участки придорожных древесных посадок, почтовые станции и заставные дома. Один из станционных домов располагается и на территории Клецкого района – в деревне Синявка.

А «Варшавка» подводит нас, у деревни Грицевичи, к повороту на Красную Звезду. С 1586 года поместье, находившееся на месте современной деревни Красная Звезда (такое имя она носит с 1939 года), стало магнатской резиденцией Радзивиллов – и получило наименование Радзивиллимонты, что можно перевести как Радзивилловская гора. Впрочем, гора тут действительно есть – это видовой пригорок в парке…

Старинная усадьба расположена среди паркового массива на фоне открытого равнинного ландшафта. Дворец был построен по проекту итальянского архитектора Карло Спампани в стиле классицизма. Ныне утраченный, он прежде был украшен на главном фасаде портиком с четырьмя колоннами. Каменная конструкция была использована лишь во внутренней несущей стене. Обработанные же под каменный руст стены, фронтон портика, профилированные карнизы, капители, другие архитектурные элементы были искусно выполнены из дерева и оштукатурены.

Парковая композиция являлась органичной частью этого обширного ансамбля, который окончательно сформировался уже во второй половине ХIХ столетия и включал в себя, помимо дворца, два деревянных одноэтажных флигеля и каменную браму. На территории княжеской резиденции располагались также здание канцелярии, конюшня, коптильня, винокурня, мельница, водокачка, дом эконома и другие постройки.

В 1875 году здесь жила княгиня Мария Радзивилл – она и заложила парк, на одной из его аллей до сих пор стоит памятный камень в ее честь. В настоящее время архитектурно-парковый ансамбль отделен от современной жилой застройки деревни каскадом прудов и плотиной и служит местом отдыха сельчан.

На подступах к Клецку тянутся березовые рощи, а потому отнюдь не исключено, что название города пошло от старого слова «клечь» – березовая поросль. Расположенный на реке Лань, Клецк известен по летописным источникам с 1127 года. В то время он был центром удельного княжества в составе Туровской земли, имел обширные торговые связи с Киевом и Волынью. В начале ХІV века вошел в состав Великого Княжества Литовского.

С 1442 года Клецком владел сын великого князя литовского Сигизмунда Кейстутовича – Михаил Сигизмундович, который после гибели своего отца (1440) претендовал – правда, безуспешно – на великокняжеский престол. Здесь, в Клецке, «князь Михайлушка», как называет его «Хроника Быховца», подговорил пять братьев князей Воложинских убить занявшего престол Казимира Ягеллончика, который приходился Михайлушке троюродным братом. Заговор был раскрыт – Михаил бежит в Брянск, откуда с помощью Москвы захватывает Киев, но, не удержавшись там, вновь пускается в бега и в конце концов умирает, отравленный в одном из монастырей. В 1452 году Клецк переходит во владение великого князя литовского Казимира, который к тому времени стал и польским королем.

На город нападали крымские татары. Во время похода 1503 года они разграбили и сожгли Клецк, за что впоследствии были жестоко наказаны, ибо здесь же потерпели сокрушительное поражение 5 августа 1506 года. Клецкая победа – одно из самых блестящих событий в военной истории ХVI века не только Беларуси, но и всей Европы. Этим событиям посвящен памятник, воздвигнутый в Клецке в 1996 году.

В 1558 году Клецк перешел к Радзивиллам. И в середине ХVІ века тут при поддержке канцлера Миколая Радзивилла Черного активно действовали протестанты – кальвинисты и ариане. В 1560–1562 годах в Клецке проповедовал выдающийся религиозный полемист, гуманист, просветитель и философ Сымон Будный. Именно здесь он написал свой знаменитый «Катехизис» (1562) – первую книгу, изданную на белорусском языке в границах сегодняшней Беларуси – в несвижской типографии.

В 1579 году Клецк становится центром ординации – неделимой и неотчуждаемой феодальной латифундии, наследуемой по праву первородства. Впоследствии, в 1874 году, Клецкая ординация слилась с Несвижской и в таком виде просуществовала до 1939 года (360 лет!). Во главе обеих ординаций стояли происходившие из клецкой ветви «прусские» Радзивиллы, потомки которых продолжают знаменитейший магнатский род доныне.

Сегодняшний Клецк – зеленый и уютный город, на северо-западной окраине которого до сих пор интригует любителей старины древнее городище ХІ – ХІІІ столетий. Его детинец представляет собой круг в диаметре около ста метров, поднятый над поймой Лани. Позднее, в ХV веке, на детинце был возведен замок, а окольный град постепенно превратился в торгово-ремесленный посад с Рыночной площадью. Так сформировались Высокий и Дольний (Нижний) замки, разделенные между собой водной преградой и защищенные деревянными укреплениями.

В числе уцелевших в городе архитектурно-исторических достопримечательностей стоит отметить Покровскую церковь (1876) в ретроспективно-русском стиле, здания польских казарм первой половины ХХ века, но прежде всего – монументальные сооружения доминиканского монастыря. Выходящий своим фасадом на бывшую Рыночную площадь Благовещенский костел (1684) и расположенный за ним жилой двухэтажный корпус обители построены в стиле барокко. После того как монастырь закрыли в 1832 году, а костел позже превратили в православную церковь, пластический рисунок этих сооружений претерпел значительные изменения. Однако и сегодня заново возрожденный к жизни храм (сегодня уже под именем Воскресения Христова) двумя своими мощными четырехгранными, многоярусными шатровыми башнями, обрамляющими его фасад, определяет силуэт древнего Клецка.

20-километровая дорога из Клецка в Несвиж, кажется, невольно замедляет свой ход у былой загородной резиденции Радзивиллов – Альбы, окаймленной прудами. Слово «альба» переводится с итальянского как рассвет, заря (начало). Юго-восточнее Рима находится один из древнейших городов Италии – Альба (Аlba Longa), где с императорских времен располагались загородные дома римских патрициев. Зрелище этих роскошных вилл, расположенных вокруг озера, возникшего в жерле потухшего вулкана, произвело, похоже, неотразимое впечатление на князя Миколая Крыштофа Радзивилла, по прозвищу Сиротка, посетившего Вечный город еще юношей. И, повзрослев, он решил во что бы то ни стало создать неподалеку от своей резиденции нечто подобное увиденному им под полуденным солнцем Апеннин, а потому и назвал этот уголок Италии под Несвижем Альбой.

В конце XVI cтолетия тут по воле князя развернулись большие строительные и гидротехнические работы – создавались пруды, каналы, парковые композиции, возводились дворцовые и хозяйственные постройки... Второй взлет Альбы произошел почти через полтора столетия: обновление началось в 30-х годах ХVІІІ ст. при Михале Казимире Радзивилле, по прозвищу Рыбонька, а затем было продолжено его сыном Каролем Станиславом Радзивиллом, тоже имевшим по семейной традиции прозвище – Пане Коханку. При нем царившая в Альбе жизнь превратилась в искрометный фонтан, журчание которого не умолкало ни днем ни ночью.

На площади около 300 га вдоль правого берега Уши сформировался за века крупнейший архитектурно-парковый ансамбль Беларуси. Основными композиционными осями Альбы являются Главная аллея (широкая и прямая, она тянется более чем на 2 км) и Большой канал длиной в 1 км и шириной 20 м. Пересекаясь друг с другом перпендикулярно, аллея и канал территориально делят парк, таким образом, на четыре части.

Со временем здесь был устроен огромный Зверинец, в котором обитали как представители местной фауны, так и экзотические животные: лани, северные олени, зубры, лоси, серны, венгерские козы, носорог... Егеря и «лесные слуги» сопровождали и должным образом обставляли княжеские охоты, регулярно проводившиеся и в Зверинце, и в специально предназначенном для этих целей Фазанарии. По соседству со Зверинцем и Фазанарием, за Большим каналом, разместился пейзажный парк, или «Пруды», которые были воистину «глазами парка». Семь малых прудов – а прежде их было около 30 – последовательно соединены тут между собой шлюзами и питаются водой как из Большого канала и созданного на Уше Альбанского озера, так и из самой реки. Используемое сейчас для выращивания рыбы, это дивное ожерелье прудов, окаймленных парковыми аллеями и дорожками, прежде являло собой восхитительную картину грациозного сочетания воды и зелени.

В Старом парке на протяжении двух веков располагались основные архитектурные сооружения Альбы, которые возводились, перестраивались, сменяли, дополняли друг друга, задавая тон жизни и определяя облик этой загородной аристократической резиденции, предназначенной для беззаботного и изысканного времяпрепровождения.

После смерти Пани Коханку участь Альбы сложилась более чем печально: город-сказка, город-парк, просуществовав два столетия, растаял как дым уже в начале ХІХ века. До наших дней сохранились лишь следы некогда сплетенных в причудливые лабиринты великолепных аллей и каналов, густые заросли деревьев, обмелевшие пруды, упрятанные глубоко под землей фундаменты экзотических построек да упоминания об Альбе в исторических хрониках и мемуарах –захватывающие рассказы о былой роскоши канувшей в Лету эпохи со всеми ее буйными фантазиями, мимолетными капризами и неуемной жаждой удовольствий.

Главная аллея Альбы прямиком ведет в центр современного Несвижа – одного из самых посещаемых туристами городов Беларуси. Но это, как говорится, уже совсем другая история. И совсем другой маршрут – пешеходный. А мы ставим здесь точку в нашем путешествии на водоразделе двух морей.


Отзывы

Оставить комментарий
Чтобы оставить комментарий, вам необходимо авторизоваться.